«Пробуждение памяти». 30 октября мы вспоминаем жертв политических репрессий

В этот день в Духовно-просветительском центре села собрались люди, для которых 30 октября – не просто день в календаре, а важная дата, мимо которой нельзя просто так проходить. Хочется отметить, что во всех храмах России в этот день звучат слова:

«Во блаженном успении вечный покой подаждь, Господи, усопшим рабом Твоим, во дни лихолетия безвинно убиенным, страдания и истязания претерпевшим, в изгнании и заключении горькую смерть приемшим, ихже имена Ты Сам, Господи, веси, и сотвори им вечную память».

Наша встреча проходила в рамках проекта «Наследие волостного села. Дом на Миллионной». Дело в том, что хозяин Дома Григорий Никифорович Клочков был репрессирован со всей семьей и выслан в Кемеровскую область в 30-е годы. К сожалению, пока нам не удалось восстановить какие-то подробности из его истории, но поисковая работа ведется, и, надеемся, рано или поздно результат обязательно будет.

Первые страшные репрессии начались еще во времена гражданской войны. Исходящие от сражающихся сторон «белых» и «красных» с непередаваемой жестокостью, они открыли кровавый путь, по которому на протяжении десятилетий высылались, безвинно сажались в тюрьмы, расстреливались и уходили в безвестность миллионы наших соотечественников.

Им и посвящена аудиокомпозиция «Пробуждение памяти», которая создана с участием наших земляков по архивным материалам и документальным изданиям, посвященным репрессиям в стране и непосредственно в Алтайском крае.

В мероприятии приняли участие более чем 50 человек, преимущественно старшего поколения. В зале Церковно-приходской школы звучали воспоминания о репрессированных родственниках, некоторые принесли с собой фотографии родных. К нам на Алтай были высланы немецкие диаспоры из центральной России, москвичи и жители других городов, несправедливо обвиненные «враги народа». Удивительно, но, оказывается, их немало среди ушедших родителей, бабушек, дедушек нынешнего поколения живущих. После проникновенных «живых» историй прозвучала первая часть аудиокомпозиции, которую собравшиеся слушали с непередаваемым волнением и слезами на глазах. Аудиокомпозиция у нас получилась очень содержательной, жаль было выпускать из нее даже кусочки, ведь за каждым из них – история отдельно взятого человека.

Но прослушивание остальных частей мы оставили на потом. Ведь собравшихся ждала еще экскурсия к «расстрельной стене», находящейся в трагическом месте в центре нашего села, возле печально знаменитой бани Шестакова, где в августе 1919 года было расстреляно, зарублено и замучено около тысячи наших земляков.

Вот история одного из них, которая прозвучала на встрече 30 октября.

«Безвинно убиенный» Андрей Островидов

В августе 2022 года под статьей на канале «Усть-Пристань. Храм. Село. Люди», посвященной жертвам августа 1919 года, появился комментарий Марины Игнатьевой: «Андрей Яковлевич Островидов – мой родной прадед…».

Статья начиналась с текста о находке в 2015 году на старом кладбище столба с братской могилы, который лежал в высокой траве, о который споткнулся отец Никандр и с которого началась история «Родительского дня» — добровольческой группы, что занимается уборкой старого кладбища в центре села. На столбе выбиты несколько имен. Он был поднят, вымыт, имена обведены, а на братской могиле была установлена оградка.

С Мариной мы тут же списались в социальной сети.Привожу самое важное из диалога.

Сегодня случайно просто нашла вашу статью про вот этот памятник. Я знаю, что этот памятник был где-то до 1950 года, а потом, я думала, что все потеряно и увидев, конечно, очень впечатлилась.
Вы знаете, это история о гибели моего прадеда — я выросла на ней. Он был из Коробейникова, из семьи купцов Островидовых. Дом в Коробейникове, где сейчас администрация, построил он, и рядом был дом его отца, Якова Островидова.

Он воевал в Первую мировую, был не раз награжден, но принял сторону большевиков, и когда была вся эта история с белогвардейцами, скрывался, но его выдали. Потребовали, чтобы он ехал в Усть-Пристань.

Он надел все свои ордена. Среди карателей был его друг детства, и дед был уверен, что его не тронут. Они приехали всей семьей, и хорошо, что прадед детей и жену оставил, и они издалека все это наблюдали. Когда он подошел к бане, друг этот выскочил, и, не разговаривая, разрубил его на части.

Прабабушка с детьми кинулись в пшеничное поле прятаться, и тогда вот эти люди, я не знаю, кто это был…Белогвардейцы? Кто-то говорил, что это были белочехи. Кто-то говорил, что колчаковцы. Я не знаю, кто. Они подожгли поле со всех сторон. Так прабабушка с детьми попала в их руки. Они их в дом привезли. Все в доме начали перерывать. Моя бабушка, которая была четыре года, она помнила, что их поставили к стенке и потребовали отдать деньги. Но все было в банках в Барнауле, поэтому денег не нашлось. Вот такая история.

Да, очень трагично. Понимаю все ваши слезы…Марина, напишите, пожалуйста, как звали прабабушку, бабушку и других детей. Какова их судьба?

Прабабушка: Островидова (урожд. Катенцева) Устинья Никифоровна. Дети: Покидова Екатерина Андреевна, Островидов Григорий Андреевич, Пушкарева Матрена Андреевна, Решетова Мария Андреевна. Моя бабушка — Матрена Андреевна.

Скажите, Марина, кто-то жив из них?

Никого. И детей их тоже никого. Из моего поколения только я в теме.

Надо же. Какой день у Вас сегодня. Встреча….
-Да, вы правы… Я когда увидела памятник, а на нем еле угадывается имя, отчество и фамилия… Не передать словами. Это так дорого для меня.

Пожалуйста, максимально вспомните все подробности. Рассказывали Вам о том, как хоронили погибших? Сколько их под этим камнем? Понимаю, что вопросов много, но Вы же теперь понимаете, что вошли в историю восстановления истории…

Как мне рассказывали, это братская могила. Там не один и не два похоронены. Их всех туда. А камень уже потом установили.
Семью Островидовых ждала трудная жизнь. Из дома их выгнали, ничего не осталось. Но – выжили. Прабабушка Устинья рукодельница и труженица была, по людям работала. А потом советская власть ее признала как пострадавшей от белогвардейцев. Пенсия была. Всех детей Устинья вырастила. Сын Гриша стал военным, служил на Дальнем Востоке. Матрена была директором Чеканихинского детского дома. Екатерина и Маша тоже образование получили. Ничего о прадеде у нас не осталось, кроме единственной фотографии, которую я обязательно Вам вышлю…

….Вот такое продолжение у истории с памятником на старом кладбище, начатой в 2015 году…

11 сентября в мессенджере я увидела долгожданнное сообщение:

Оксана, наконец-то посылаю вам фото моего прадеда Островидова Андрея Яковлевича. На фото его мать (не знаю, как звали), старшая дочь — Екатерина, жена Устинья Никифоровна, моя бабушка — Матрена, сын – Григорий. Спасибо Вам за такой нужный, благородный труд. Нет, к сожалению, возможности приехать в ближайшее время. Еще раз низкий поклон.

Мы, конечно, очень ждем Марину в гости. Хочется стать свидетелями встречи – прадеда и правнучки. Сто лет спустя после трагической гибели…

«Расстрельная стена»…

…для многих участников мероприятия «Пробуждение памяти» оказалась открытием. Да, такого количества посетителей с такой благой целью это место нечасто удостаивается. Звучали слова поминовения о всех безвинно убиенных здесь, и о Андрее Яковлевиче Островидове, в том числе.

Пулевые отверстия в старом кирпиче – вот что до дрожи поражает в самое сердце каждого, побывавшего на этом скорбном месте.

После мы побывали и с другой стороны стены – там, где установлена памятная доска всем жертвам братоубийственной войны 1919 года. Чтобы помнили…

Оксана ПАНТЕЛЕЕВА.